Краеведы сохраняют купеческий дом в Новой Ладоге
Учредители АНО «Николаевский проспект» взяли кураторство над домом №17 по пр. Карла Маркса.
За Новой Ладогой прочно закрепилось определение — купеческий город. Во многом причиной такого определения стал центральный проспект Карла Маркса, в прошлом Николаевский проспект. Именно здесь расположены старинные дома 19 – начала 20 века. Они формируют главную городскую застройку и являются объектами культурного наследия. К сожалению, сегодня судьба многих из них печальна. Часть утрачена в пожарах, часть разрушается. Три года назад спасти один из них — дом №17 — решились учредители АНО «Николаевский проспект» Евгения Алексахина и Татьяна Рогачёва на средства президентских грантов и фонда губернатора Ленинградской области. Сегодня краевед Татьяна Рогачёва знакомит с историей дома 17 и его владельца — новоладожского купца Назара Фомича Кулагина.
Трудно поверить, но этот дом в Новой Ладоге датируется 1810 годом! Об этом свидетельствует найденный в историческом архиве С-Петербурга документ в деле под названием «Вопросные листы для описания городских и дачных недвижимостей Новой Ладоги по Николаевскому проспекту». План владельческого участка, вычерченный в начале ХХ века, имеет 13 наименований построек, в том числе 2-х этажный деревянный жилой дом 1810 года, пристроенный к нему каменный 2-х этажный флигель 1820 года, одноэтажный каменный дом 1842 года, а также множественные хозяйственный постройки — сарай, ледник, кладовые, конюшня, навес, пристройка для розлива пива и пр.
Всё это типичное купеческое добро на 1908 год было частью наследства богатейшего новоладожского купца Кулагина, оставленное по духовному завещанию 1878 года своим внукам. Удивительно также и то, что и деревянный дом с каменным флигелем, и одноэтажный каменный дом сохранились до наших дней! Они не руинированы, как многие другие памятники истории, а вполне обитаемы. Это дома № 17 и 15 на главном проспекте города.
Причины долгожительства 216-летнего деревянного и 186-летнего каменного зданий в изначально крепкой постройке, бережной заботе (в т.ч. и руководителя предприятия «Волховхлеб», в ведении которого дома находились какое-то время), ну и счастливой судьбе. Даже на сегодняшний день, расселённому по старости его дому 17 повезло гораздо больше, чем остальным деревянным историческим домам на проспекте — его взяли в аренду: на первом этаже магазин, хозяйка которого относится к дому ответственно и неравнодушно, а на втором три года назад поселились мы, учредители АНО «Николаевский проспект», и стараемся дать этим старым помещениям новую жизнь. Здесь проводятся выставки, концерты, мастер-классы, встречи с интересными людьми, и многое другое.
Конечно, у деревянного дома такого солидного возраста есть множество проблем, их просто не может не быть! Он требует ремонта и реставрации, достойного содержания и ухода, а средств на это у некоммерческой организации нет, но мы уверены, что найдём пути спасения уникального памятника. И вдохновляет нас, прежде всего, двухвековая история дома.
Все ладожане знают место захоронения купца Кулагина, оно находится в необычном месте и бросается в глаза каждому, кто прогуливается по проспекту. Это двор между двумя храмами — Климентовским и Спаса Нерукотворного Образа. Памятник из черного полированного мрамора в виде часовни, на высоком цоколе, увенчан позолоченным крестом, обнесён кованой чугунной оградой. Надпись на лицевой стороне гласит, что потомственный почётный гражданин Назар Фомич Кулагин скончался 27 ноября 1879 года на 86 году от рождения. Надпись на тыльной стороне, обращённой к реке: «Мир праху твоему, добрый отец». Никаких других захоронений здесь больше нет, поэтому сразу возникает вопрос – а почему тут?
Эту загадку поможет разгадать метрическая запись о смерти купца 1-й гильдии Кулагина, где есть пометка: «Погребён при сей Климентовской церкви во ограде по Указу Санкт-Петербургской Духовной Консистории от 9 октября 1879-го года за № 3417». Указ вышел за 49 дней до смерти Назара Фомича, и, вероятно, был согласован с ним. Между двумя храмами он мог быть похоронен только за особые заслуги.
Кулагин, его предки и потомки — все были прихожанами Климентовской церкви, что даёт нам право предположить староладожское происхождение рода Кулагиных: известно, что церковь сию перевезли в начале XVIII века жители Старой Ладоги, переселённые в Новую по велению Петра I.
В метрической записи о смерти есть ещё один нюанс: указан возраст умершего – 81 год, что расходится с информацией на памятнике. А в метрической записи 1843 года о втором браке Назара Фомича, его возраст — 43 года, что расходится с двумя предыдущими источниками. Поэтому точной даты рождения Кулагина выяснить пока не удалось, это может быть период с 1793 по 1800.
В любом случае, на 1810 год он был ещё весьма молодым человеком: 17 – 10 лет. И, скорее всего, деревянный дом на проспекте строил его отец или кто-то из старших родственников. Дошел ли дом до нашего времени в том виде, каким был построен изначально, есть большие сомнения: слишком недолговечен деревянный строительный материал в наших климатических условиях, и за свои долгие годы жизни дом мог ремонтироваться, перестраиваться, менять обшивку и декор. И всё же есть одна деталь на его фасаде, указывающая на первую треть XIX века, это три лавровых венка, пронзённые стрелой: один из элементов стиля ампир, символ победы русской армии над Наполеоном. Известно, что новоладожские купцы и мещане собрали более 4000 рублей пожертвований на ополчение 1812 года, хотя торгующие люди сами испытывали большие трудности в эти годы. Среди жертвователей были и представители купеческого рода Кулагиных.
Назар Фомич стал одним из самых крупных благотворителей в истории нашего города. Учредитель Новоладожского благотворительного общества, которое содержало бесплатную столовую для бедных и приют для престарелых и малолетних детей. На его деньги построены два каменных храма в селе Иссад. Вместе с купцом Т.Ф. Луковицким финансировал строительство целого комплекса сооружений в Рёконьской пустыни (Покровский храм, ограду, въездные Тихвинские ворота, сторожка).
Немало вложений Кулагина получили и городские храмы. Например, в 1877 году он пожертвовал 500 рублей на новый иконостас в соборный храм Новой Ладоги. Впрочем, эти факты широко известны. За благотворительную деятельность Назар Фомич трижды был награждён золотыми шейными медалями, а за год до смерти — орденом Святой Анны 3-й степени.
Гораздо меньше известно о личной жизни купца Кулагина. В 1831 году Назар Фомич женился на богатой купеческой дочери Екатерине Филипповне Луковицкой. От этого брака родилась дочь Анна и два сына — Николай и Иван. К сожалению, Николай умер в 19-летнем возрасте от чахотки, а Иван прожил всего несколько месяцев. Через 9 лет брака Екатерина Филипповна также скончалась от чахотки. В 1841 году, после трёхлетнего траура, Кулагин женился второй раз, на дочери умершего купца Александре Петровне Шульгиной. Вскоре у них родилась дочь Мария, которая через полгода умерла, а вслед за ней, ещё через 15 дней, умерла и её мать, и снова от чахотки. Вот такой бич XIX века!
Анна, дочь от первого брака, в 17-летнем возрасте была выдана замуж за Василия Григорьевича Дудникова, сына богатого лодейнопольского купца, городского головы. В семье Дудниковых родилось девять детей. Нам удалось выяснить, что выросли четверо сыновей — Григорий, Назарий, Виктор и Гавриил.
Все дети обучались в Санкт-Петербурге, сначала в гимназии, потом в высшем коммерческом училище. Один из найденных нами архивных документов — это прошение на имя директора Первой Петербургской гимназии от старшего брата Назария отпустить на Рождественские каникулы его младшего брата Гавриила к родителям в Новую Ладогу. Гавриил Васильевич впоследствии жил со своей семьёй именно в доме 17. Будучи мещанином, он женился на крестьянке Анне Ивановне Рыковой. Тут же родились и два его сына — Николай и Василий.
К сожалению, коммерческие дела у Гавриила Васильевича шли не блестяще. Хотя, судя по плану из дела, о котором говорилось в начале статьи, ему принадлежало большое хозяйство, и, среди прочего, он торговал разливным пивом, но купеческого таланта деда у него не было. Некоторые помещения в доме стали сдаваться в наём, очевидно, с надеждой на дополнительный источник доходов в виде квартплаты. Недоимки по налогам в городскую казну не платились годами, и, в конце концов, всё имущество Дудниковых было продано с публичных торгов, назначенных новоладожским общественным банком в 1911 году.
Новой владелицей бывших домов Кулагина стала некая колпинская мещанка Надежда Дмитриевна Леонова. Это совершенно загадочная дама оставила свой яркий след в истории Новой Ладоги. Дело в том, что именно она открыла в городе первый кинематограф! Организовала его в одноэтажном каменном доме, соблюдая все правила того времени.
Требования к технике безопасности были очень строгими. Чтобы получить необходимое разрешение, требовалось вызвать комиссию из столицы, оплатить ей дорогу. Комиссия могла тянуть с приездом несколько месяцев. В результате от поданного в 1913 году прошения до открытия кинотеатра прошел целый год! И в 1914 году, в конце мая, состоялось открытие! Кинематограф «Меркурий» имел зал на 108 мест, динамо-машину с нефтяным двигателем для подачи электричества на проектор, систему вентиляции.
Что же могли смотреть в этом первом кинотеатре жители Новой Ладоги? Один из обнаруженных в архиве документов зафиксировал факт показа кинокартины «Убийство балерины Пламеневой». Этот фильм не сохранился, но есть несколько кадров, опубликованных в прессе тех лет. По ним можно судить о весьма драматическом сюжете, за которым с интересом наблюдали и новоладожские обыватели 15 сентября 1915 года.
К сожалению, они так и не узнали, кто же убил балерину Пламеневу, так как во время сеанса прекратилась подача электричества. Целый час в ожидании продолжения фильма публика просидела в темноте, пока не пришла сама хозяйка и не объявила, что сегодня электричества уже не будет. Зрителям было предложено получить обратно деньги за билеты.
На сеансе присутствовал помощник пристава Модестов, который и составил протокол о данном случае, указав ещё такую подробность: «кроме того, что гаснет электричество, динамо-машина выпускает обилие зловонных газов, распространяющихся по всему городу». Пристав перечисляет некоторых зрителей, явившихся свидетелями происшествия: в тот день в зале были новоладожский уездный воинский начальник М. М. Щурупов (очевидно, сын знаменитого архитектора М. А. Щурупова), член новоладожской городской управы В. К. Красавин и медицинский фельдшер Ф. В. Лебедев. За неисправность оборудования хозяйку должны были привлечь к ответственности, но через месяц она внезапно умерла от заражения крови. Итого, первый кинематограф в Новой Ладоге проработал один год и пять месяцев.
Все дела госпожи Леоновой по организации кинематографа вёл по доверенности некий крестьянин новоладожского уезда Павел Александрович Кузнецов. После безвременной смерти Надежды Дмитриевны продолжать её дело он не стал, кинематограф больше не действовал. У Леоновой остались наследники, трое малолетних детей, рождённых вне брака. Неизвестно, кто стал опекуном малышей, но в их доме тем самым П. А. Кузнецовым в августе 1916 года была открыта «мастерская для выделки фруктового сахара, карамели и монпансье, без употребления механических двигателей». А после революции бывшие дома Леоновой (Дудникова, Кулагина) числились в списке реквизированных уже как дома Кузнецова.
На 1921 год в деревянном двухэтажном доме (№17) размещался народный суд 4-го участка, в двухэтажном каменном флигеле расположилось общежитие службы связи и милиции. Одноэтажный каменный дом (№15) был вновь занят кинематографом!
Прошло время, и дом 17 стал жилым, многоквартирным. Просторные купеческие помещения перегородили множеством тонких стен, сделав коммунальные квартиры. После войны здесь жили несколько семей, в том числе и на чердаке, а часть помещений первого этажа занимал новоладожский райпищекомбинат (хлебокомбинат), который существовал с 1950 года. Дом 15 и дворовые хозяйственные постройки также были переоборудован для нужд пищекомбината.
Многие бывшие жители дома Кулагина сегодня с теплом вспоминают его как что-то очень родное и близкое. По их рассказам, тут всегда была атмосфера добра и взаимопомощи. Люди жили небогато, но очень дружно и весело. В одной из квартир на втором этаже жила Вера Петровна Боголюбова. В её родословной соединились несколько династий священнослужителей новоладожского уезда: Брянцевы, Лосевы, Воробьёвы. Сама она, дочь псаломщика Васильевского погоста, получила образование в Исидоровском духовном училище, вышла замуж за сына священника Немятовской единоверческой церкви. Муж работал в советских учреждениях, но его происхождение явилось причиной печальной судьбы, он был сослан в дальние дали и умер в ссылке. Вера Петровна осталась с детьми одна.
Боголюбовы жили в той части бывших купеческих хором, где сохранилась изразцовая печь. Когда летом открывали окна, в комнату врывался сладкий запах старой липы, а к звукам железных ворот хлебокомбината так привыкли, что вовсе его не замечали. Внучка Веры Петровны, Лида, родилась и выросла здесь. Она вспоминает, что любила с братом и соседскими детьми разгадывать тайны старого дома и придумывать свои. Обстукивание печки в поисках клада, тайное место для записок над лестницей и другие детские развлечения наполняли будни школьников. А как здорово было в своей летней комнатке услышать под окном: «Лида, скинь верёвочку!» — это кто-то из работников хлебокомбината принёс угощение для детей. К скинутой верёвочке привязывалось что-нибудь очень вкусное!
Семья Боголюбовых дала нашему городу много достойных людей. Их дочь, Антонина Ильинична, стала учительницей. В Ладоге её помнят все. А одна из внучек, Надежда, стала главным инженером новоладожской ткацкой фабрики. Один из правнуков, Юрий, сегодня занимается с ладожскими детишками спортом — футболом и настольным теннисом. А Лидия Александровна Боголюбова, та самая Лидочка, стала нашим проводником в историю советского, коммунального прошлого дома 17.
Так за свои двести с лишним лет купеческий особняк принимал в своих стенах людей разных времён и сословий, профессий и занятий, видел множество событий, счастливых и драматичных историй, вырастил не одно поколение ладожан.
И сейчас, время от времени, он преподносит нам сюрпризы: в течение последнего года нами были найдены потомки купца Кулагина — они живут в Волхове, и потомки мещанки Леоновой — они живут в Москве. Дом как будто сам собирает всех своих детей и заставляет писать историю его жизни.
Текст: Татьяна Рогачёва
